О чувствах любителей яркой полиграфии

levitra generico en mexico. «Благодать Святаго Духа нас собра….» — это слова стихиры на праздник «Входа Господнего во Иерусалим», но как хочется отнести их именно к празднику Пятидесятницы, когда своды храмов наполняются пением гимнов Святой Троице. Когда необходима оценка праздника для общества в его целостности, то самым обширным определением будет аксиома о том, что это день единства, день соборности. Но что такое соборность? Это поиск обтекаемых жизненных основ общества? Нет, это жизнь этого общества в стремлении единства с Богом. Горестным и печальным в наше время является то, что рядом с православными храмами «растолковывают истину» различные адепты многоликих «уродцев» — сект. Человек, находящийся в «околоцерковном» пространстве, скажет, извините, у нас есть Конституция и у нас есть «закон о свободе совести» от 16 сентября 1997 года, где черным по белому написано о том, что у нас свобода вероисповедания, да и ещё, — скажет такой незадачливый «философ», — они ничего плохого не говорят. Да, конечно не говорят, но простите, откуда у них такая злоба по отношению к Православию? Попросишь растолковать цитату, руками машут, армагедоном грозят (каким правда по счету?). И дело не в самих адептах сект, а дело в том, что их поведение – это признак отсутствия соборности и единства. Сердце, исполняемое Духом Святым, не дышит злобой, не жаждет крови. «Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22,37-39). Почему же я, глядя на эти слова Спасителя, должен ненавидеть своего ближнего, который «заблудился»? Почему должен обещать какой — то армагедон всем не согласным? Я не буду их ненавидеть, зачем мне это нужно… Ладно, Священного Предания они не имеют («благородно» отказались), но Священное Писание они — то читают, правда в своей редакции, но это даже для них нереальный труд – переделать любовь Божию, ясно показанную на страницах Евангелия, в ненависть. Хотя вот о них как раз Священное Писание говорит следующее: «многие лжепророки восстанут, и прельстят многих; и, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь» (Мф. 24,9-12). А любовь в них действительно охладела! Значит ли, что православные – «идолопоклонники» (по мнению альтернативных культов) сохранили любовь в своей пламенности? Человек не совершенен, но можем ли мы назвать хоть одного абсолютно святого человека? Да, — Христос!!! А все эго последователи святы в степени их стремления и любви к Богу. В чем же наша любовь к Богу? «Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам» (Ин. 14,21) – вот ответ самого Спасителя. А вот его заповедь: «И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша есть Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается. (Лк. 22,19-20). Нет в Евангелии указания на то, что творить сие может ли ограниченное число последователей Христовых, нет указания на то, что Христос, говоря эти слова, указывал на себя в слове «Тело Мое». Где же заповеди, где любовь, где стремление стяжать эту любовь? Нет всего этого у последователей сект, нет того, что есть в православных храмах, так тщательно порочащихся вокруг. Поэтому именно во время праздничных богослужений Пятидесятницы в воздухе витают слова стихиры «Днесь благодать Святаго Духа нас собра» именно потому, что молящиеся несут в себе мир и любовь, а не агрессию. Спросим себя, чего больше мы ожидаем – гибели наших оппонентов или встречи со милосердным Богом? Ответ, конечно же, будет миролюбивым, в ключе слов Евангелия: «говорил Иисус к народу и сказал им: Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин. 8,12). Следование ко Христу есть дело человека, путь, а не жажда гибели, которая есть наследие тех, которые «уже получают награду свою». (Мф. 6,2).